star1.gif (1949 bytes) log1.gif (4160 bytes)

ГЛАВНАЯ | СТАТЬИ


ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА СТРАНИЦУ:

Христианский щит Израиля

Никто не знает, сколько их. Тысячи, десятки тысяч, сотни тысяч? Разбросанные по всему миру, с амвонов протестантских церквей в Роттердаме и Эдинбурге, Канберре и Филадельфии, Рейкьявике и Копенгагене обращаются они к небесам с мольбой защитить и благословить землю, на которой никогда не были, людей, которых все народы во все века гнали от себя. Древние пророчества движут ими, любовь к Господу переплавляется в любовь к "народу, избранному Им", вина прошлого требует искупления и прощения. Единоверцы не понимают их, евреи – не принимают. И то, и другое для них несущественно, ибо они не просят понимания и не требуют благодарности. "Всевышним мы были избраны для того, чтобы пронести вас на своих плечах, – говорят эти люди, – и если у вас хватит лишь капли мудрости, чтобы не отталкивать от себя распростертую над Святой Землей божественную длань, то молитвами и материальной помощью мы создадим щит, перед которым будут бессильны все козни ваших врагов".

Перевернутый мир

Израиль был едва ли не последней страной мира, где узнали о Катастрофе. Точнее, о ней знали, но не говорили. Как не говорят о чем-то недостойном и постыдном. Еврей Израиля как бы не имел никакого отношения к галутному еврею, которого сжигали в печах крематориев. Он не страдал от комплекса неполноценности, был независим и самодостаточен. Слабость и сомнения вызывали в нем презрение, а прошедшие через Катастрофу люди были измучены и надломлены. Как можно уважать их, недоуменно спрашивали "гордые сабры", если они робко и покорно брели на бойню, даже не пытаясь спрятаться от своих палачей? Катастрофа, говорили они, прежде всего позор, а потом уже трагедия, и зачем, когда ты силен, удачлив и полон энергии, вспоминать о позоре? И Израиль молчал. Не как несчастных детей, нуждавшихся в защите и опеке, но как нелюбимых и недостойных пасынков принимал он своих соотечественников, уцелевших в европейской бойне.

"Люди, которые пережили все – гетто, концлагеря, Освенцим, – уходили в могилу, страшась поведать о том, что испытали. Их не хотели слушать, об их трагедии не хотели знать. Бывшие узники концлагерей чувствовали себя виноватыми в собственных несчастьях. Им говорили: "Наши дети – герои. Они сражаются за свою страну, они знают, что в любой момент, возможно, должны будут погибнуть за нее. Как мы можем рассказывать им о вас? Что они почувствуют, когда узнают, что вы, евреи, покорно шли на смерть?!" – вспоминает Сима Скуркович.

Сима, глава Общества бывших узников нацизма, единственная из своей семьи осталась в живых, пройдя кошмар Берген-Бельзена. В Израиле она была поражена заговором молчания, окружавшим жертв Катастрофы. "Люди жили в нищете и безвестности. Более чем кто-либо они нуждались в поддержке – материальной и духовной, но ими не занимались, их не опекали... О них забыли. Только после Шестидневной войны мы начали выступать перед солдатами израильской армии, рассказывая об испытаниях, выпавших на нашу долю. Для них это было откровением. Но наше положение не изменилось. Оно оставалось таким же бедственным, как и прежде".

Помощь пришла совершенно неожиданно, от людей, которых ни Сима, ни ее друзья никогда не видели и не встречали. "Они пришли к нам и сказали, что хотят узнать о наших судьбах и помочь нам. Они не были ни евреями, ни израильтянами. Называли себя "друзьями Израиля". Меня это насторожило. Я еще не встречала христиан, которые стремились бы бескорыстно помогать евреям. Я помню христиан в Литве. Помню, с какой алчностью и жестокостью они грабили нас, помню их злорадство, их показную религиозность. После всего, что было с нами, я ничего не хотела слышать о христианстве и христианах", – признаётся Сима.

Потребовалось время, чтобы осознать: люди, пришедшие к ним, не ищут выгоды для себя. Они помогают – и вместе с тем сами нуждаются в помощи, пытаясь найти ответы на мучающие их вопросы. "Это были представители послевоенного поколения, очень поверхностно знавшие о событиях Второй мировой войны и почти ничего не слышавшие о Катастрофе. Они все время спрашивали и не могли понять: как получилось так, что людей тысячами, сотнями тысяч убивали, топили, закапывали живьем, а мир молчал и даже не содрогнулся от ужаса?".

Постепенно отчуждение исчезло. Искренность не могла остаться незамеченной, участие порождало доверие. "Мы увидели, что они настроены очень серьезно: выясняли, кто нуждается в помощи, собирали адреса людей, переживших Катастрофу, опекали их, ухаживали за ними, приносили жившим в бедноте и забвении еду, лекарства, одежду, мебель. Для узников нацизма, оставшихся совершенно одинокими в этом мире и измученных кошмаром прошлого, не было большей радости, чем открывать дверь этим людям, говорить с ними, чувствовать их интерес. Вам, молодым, невозможно сейчас представить, какое это было счастье для нас, переживших Катастрофу! Никто не принимал в нашей судьбе участия, не пытался узнать, как мы чувствуем себя, что думаем, как еще существуем в этом мире после всего, что случилось. И вдруг появляются люди, которые распахивают нам свои объятия. От радости у многих наворачивались слезы на глаза, вся боль, жившая в них, прорывалась наружу, сознание того, что они кому-то нужны, придавало им силы..."

Христиане... под бело-голубым флагом

В протестантских странах, и прежде всего в США, никогда не было недостатка в евангелистах, проникнутых древнееврейским идеалом служения Всевышнему. С момента возникновения Израиля их сердца всегда были на стороне еврейского государства, а приход к власти Ликуда во главе с Менахемом Бегином положил начало религиозно-идеологическому союзу между израильскими правыми и христианами-сионистами – союзу, окончательно осознавшему себя в наши дни.

Евангелисты верят, что евреи – богоизбранный народ, а следовательно, прямая обязанность других народов, если они почитают Творца и хотят служить ему, – поддерживать сынов Моисея.

Верят они и в то, что второе пришествие Христа произойдет лишь тогда, когда все евреи соберутся в Земле Израиля и будут вести тот образ жизни, который заповедан им Богом. А раз так, то следует максимально способствовать репатриации евреев на Землю Обетованную. Бог возвращает свой народ в обещанную им страну и делает это, невзирая на ярость и упрямство их врагов.

Обладая немалым влиянием в Конгрессе и Сенате, имея в своих рядах столь страстных проповедников, как Джерри Фэлвэлл и Пэт Робинсон, евангелисты влияют на политику и общую атмосферу в Штатах, противостоят проарабскому лобби и "интересантам" в госдепартаменте. "В США действуют двести тысяч евангелических пасторов, и мы просим их всеми доступными средствами оказывать поддержку Израилю и его премьер-министру", – заявил Фэлвэлл во время визита премьер-министра Биньямина Нетаниягу в Вашингтон.

В начале восьмидесятых годов христиане-сионисты открыли в Иерусалиме "Христианское посольство", а затем его филиалы – в нескольких европейских столицах. Они взяли под опеку жертв Катастрофы, а когда началась Большая алия, устремились на помощь Израилю.

Они не произносили высоких речей и не устраивали помпезных церемоний, ничего не обещали и не требовали благодарности. Они действовали. Вывозили евреев из "горячих точек" постсоветского пространства, своим влиянием и авторитетом распахивая двери там, где Сохнут был бессилен. Собирали пожертвования, фрахтовали корабли, которые доставляли евреев в Хайфу и Ашкелон. Они открывали склады для репатриантов, оплачивали им лечение зубов, привозили в их дома холодильники и стиральные машины, помогали финансировать торжества, создавали бесплатные столовые, ухаживали за одинокими стариками и позволяли совершенно незнакомым людям звонить со своих телефонов. Их марши по Иерусалиму с бело-голубыми флагами стали символом мощной и искренней поддержки, которую евреи получали от них только потому, что были евреями.

Тем, кто незнаком с идеологией христиан-сионистов, это казалось непостижимым. В мире, где на сочувствие и симпатию могли рассчитывать все, кроме народа Моисея, бескорыстная солидарность с евреями выглядела как обман или мираж. "А если это не то и не другое – то зачем? – спрашивали себя израильтяне. – Неужели за две тысячи лет гонений, издевательств и глумления христиане изменили отношение к своим жертвам?"

В большинстве своем евреи отвечали на этот вопрос: "Нет". Те христиане, которые с псалмами Давида приходили на Святую Землю, чтобы проповедовать "возвращение в Сион", говорили: "Да". И не обижались на евреев за то, что те видели в них прежних христиан – высокомерных, насмешливых, ограниченных и чванливых.

"Я не мог удержаться от слез благодарности..."

"Я часто спрашивала себя: "Зачем? Зачем им понадобилось идти к нам, помогать нам, защищать нас? И нет ли за этим какой-либо иной, совсем не бескорыстной цели?" – говорит Сима. – И они отвечали мне, что Бог обещал собрать всех евреев здесь, на Святой Земле, – так написано в Библии. Это приказ, это заповедь. Заповедь, которую евреи должны выполнить. А остальные народы, если только они хотят служить Богу, должны помочь его народу собраться из рассеяния, должны оберегать его и отвращать от него то зло, что существует в мире и противостоит воле Творца. Они говорили мне: "Мы останемся с вами до последнего, что бы ни случилось. Мы не уйдем отсюда. Потому что это наш долг".

Христиане, провозглашающие себя друзьями Израиля, вызывали подозрения у многих евреев, и прежде всего у чиновников министерства внутренних дел. Здесь не верят в искренность этих людей. Здесь убеждены, что за их добрыми делами стоит не что иное, как стремление хитростью добиться того же, что ни силой, ни посулами не удалось католической и православной церкви, – переманить евреев в "веру Христову". Для части израильтян, прежде всего для ортодоксов, они – миссионеры и любой еврей должен не только не принимать от них помощь, но и обходить их за сто миль. Тем не менее никто пока не смог уличить этих людей в неискренности или в попытках завуалированной проповеди христианства.

Эли Бейдер, участник Великой Отечественной войны, в прошлом – советский офицер, не скрывает, что долго не мог избавиться от предубеждения к христианам, помогавшим Израилю: "Воспитанные советским режимом, мы – в огромном большинстве своем – никогда уже не станем верующими людьми. Но, родившись евреями, мы также не отдадим предпочтения никакой другой религии. Мы против миссионерства. И когда я столкнулся с этими людьми, то начал допытываться: почему они все это делают для нас? Я очень внимательно следил за их деятельностью и в конечном счете отбросил подозрения. Я понял, что они – глубоко верующие люди, считающие своим долгом выполнить завет Бога – привести евреев в Эрец-Исраэль и помочь тем, кто прошел лагеря смерти и гетто, людям больным и бедным".

В отличие от Симы Скуркович, Эли – относительно недавний репатриант. Пять лет назад он возглавил клуб пенсионеров – репатриантов из СНГ и был приятно удивлен, когда христиане обратились к нему через Симу Скуркович с просьбой сообщить им адреса и телефоны бывших узников гетто и концентрационных лагерей. "Все, что они хотели, – это оказать жертвам Катастрофы безвозмездную и ничем не обусловленную материальную помощь. Меня это очень тронуло. Я, гвардии майор с двадцатипятилетним стажем военной службы, не мог сдержать слез благодарности и радости от того, что мы, евреи, не одиноки в этом суровом мире", – признаёт Эли.

Его последние сомнения в искренности евангелистов исчезли после одного из эпизодов, при котором он присутствовал лично. "В нашем доме проходила встреча христиан с узниками гетто. Инга, одна из женщин-добровольцев, спешила к своей подопечной – больной еврейке, которой помогала убирать квартиру. Увидев, как она торопится на автобус, я спросил, почему бы ей не взять такси. Она ответила, что у нее нет на это средств. Нет средств – и при этом она щедро тратила время и силы, чтобы помочь совершенно чужим ей людям... Дай Бог, чтобы так же относились к нам все наши чиновники!" – запальчиво говорит он.

Эли вспоминает, как Общество христиан – друзей Израиля, возглавляемое Роем и Шарон Сандерс, с согласия правительства Израиля на свои средства доставило в 1991-1992 годах репатриантов на трех пароходах из Одессы в Хайфу. Бейдер волнуется, когда говорит о том, что значат для него эти люди: "Нам трудно быть верующими – так уж получилось, это результат воспитания. Но мы верим в человечность и в сострадание. И я благодарен им за их доброту".

Во имя Бога и евреев

Огромная карта Израиля на стене утыкана флажками и обведена кружками. "Посмотри: это значит, что у каждого городка или поселка, или мошава есть свой духовный покровитель в христианском мире. Евреи, живущие здесь, даже не подозревают об этом, но мы – мы знаем. Где-то на другом конце земли, в Шотландии или Америке, христиане молятся, чтобы евреям здесь было хорошо, чтобы они жили в безопасности, чтобы зло не отыскало дорогу к этому месту. А потом они приезжают сюда, встречаются с теми, за чье благополучие возносят молитвы, и перебрасывают мост между христианским и еврейским мирами", – говорит Шарон Сандерс, вместе с мужем, Роем, десять лет назад создавшая Общество христиан – друзей Израиля.

Впервые чета Сандерс посетила Израиль на Рождество в 1975 году. Этот визит стал поворотным моментом в их жизни. Прежде Шарон и Рой, набожные протестанты из штата Иллинойс, ничего не знали ни о современных евреях, ни о еврейском государстве. Все их знания о древнем народе были почерпнуты из святых книг, в которых говорилось, что наступит день, когда "Господь вернет народ свой на землю, обещанную ему".

"То, что мы увидели, тронуло наше сердце. Мы увидели стены Иерусалима, увидели, как сбываются древние пророчества, как облекаются в плоть библейские предзнаменования, как евреи со всего мира, словно повинуясь неосознанному властному призыву, покидают свои дома и устремляются сюда, на Землю Обетованную", – вспоминает Рой. – Мы не могли остаться в стороне. Мы вернулись, полные желания как можно больше узнать о евреях, об их истории, традициях, об испытаниях, выпавших на их долю. В нас начало просыпаться желание сделать что-то для Израиля, для его народа".

Рой вспоминает, с каким ужасом узнавали они подробности Катастрофы. "Это не укладывалось в голове". И тогда они решили, что обязаны, не откладывая, сделать самое простое, что в их силах, – помочь тем, кто пережил муки в нацистском аду. Они отправили в "Джерузалем пост" письмо с просьбой к жертвам фашизма откликнуться и написать им. В ответ они получили послания от шестидесяти человек – граждан Израиля. Так начала зарождаться дружба между евреями, которых христианский мир обрек на невиданные дотоле в истории испытания, и христианами, никогда не причинявшими зла евреям, но добровольно взявшими на себя искупление вины за те мерзости, которые на протяжении веков творили их единоверцы.

Вскоре это показалось им недостаточным. В 1985 году они вновь приехали в Израиль и обратились в Христианское посольство с просьбой помочь им обосноваться в этой стране. Они не ждали ни ответной любви к себе со стороны евреев, ни привилегий со стороны властей. В Иллинойсе они продали свой дом, и на вырученные средства приобрели особняк недалеко от стен Старого города. Они призвали единомышленников со всего мира помочь Израилю – помочь влиянием, властью, молитвами, приезжать в Израиль, демонстрировать свою солидарность с Израилем, жертвовать средства для Израиля. Они объединили вокруг себя тысячи евангелистов со всего мира. Поначалу они помогали жертвам Катастрофы, потом стали опекать еще и новых репатриантов и военнослужащих Армии обороны Израиля.

Рой и Шарон не были обескуражены настороженностью многих израильтян. "Евреи очень пострадали от Церкви, от христиан, которые, пренебрегая волей Творца, преследовали и обрекали на страдания его народ, – говорит Рой. – Их можно понять. У них есть причины не доверять христианам. Нам стыдно за то, что творила Церковь все эти две тысячи лет".

Правда, уточняет он, зло причиняли евреям в основном католики и православные. Именно они стремились насильно обратить сынов Моисея в свою веру и превращали их в изгоев. Протестанты же, напротив, видели в евреях избранный народ, отношение к которому – своего рода индикатор отношения к самому Творцу. Но евреям, признаёт он, непросто провести различие между конфессиями, и ошибки, совершенные католиками и православными, они переносят на весь христианский мир.

Тем не менее, встречая радушие, искреннее стремление понять и помочь, израильтяне меняют свое отношение, говорит Рой. Тот факт, что не только репатрианты, но и солдаты – израильская молодежь – охотно идут на контакт, принимая благотворительность христиан и платя за это доверием и симпатией, обнадеживает его.

Не разочаровал ли их реальный Израиль – эгоистичный, зачастую неблагодарный, меркантильный, безразличный к своим же великим пророкам? Израиль, избравший своим символом не Иерусалим и гробницы праведников, а Тель-Авив с его азартом потребления, культом денег и удовольствий, прагматичностью и безверием? Рой Сандерс осторожен в своих оценках. "Израиль – обычная, нормальная страна, граждане которой хотят благоденствовать и пользоваться всем тем, что предоставляет им жизнь. Они сталкиваются с такими же проблемами, как и другие народы, – социальными и экономическими. Это – реальность. Просто не надо забывать о собственных ценностях и приоритетах".

Шарон Сандерс более откровенна. Что скрывать, на них удручающе действует слепое стремление израильтян к довольству и сытости, их забывчивость и безверие, культ материального преуспеяния. Евреи должны соблюдать свои традиции и обычаи, воспитывать детей в соответствии с национальными ценностями и религиозными заповедями. Но, сокрушается она, израильская молодежь перенимает все самое примитивное и низкопробное, что существует в американской культуре, а это – путь в никуда.

"Мы действительно иногда чувствуем себя разочарованными. Ведь мы верим в союз между Богом и его народом, верим в обещание вернуть евреев сюда, на Святую Землю, и нам грустно, когда сами евреи отказываются верить в свое предназначение. И все же, – кладет она руку на сердце, – наша вера сильнее горечи, которую мы иногда ощущаем. Мы не руководствуемся в своих действиях впечатлениями и газетными историями. Наше руководство – Книга, в которой дано все: и смысл существования, и радость, и прошлое, и будущее".

Шарон – оптимистка. Во всех людях, говорит она, теплится огонек веры. В глубине души даже самые далекие от религии евреи признаются себе, что их присутствие в Израиле не случайно. "Когда я спрашиваю репатриантов: "Почему вы здесь?" – они сперва пожимают плечами, а затем показывают на небо", – улыбается она.

"Не отталкивайте длань Господа"

"Вознесу я к племенам руку Мою, и подниму перед ними знамя Мое, и принесут они сыновей твоих на поля твои, и дочери твои несомы будут на их плечах", – написано в книге пророка Исайи. "Они" – это народы, которые поняли свой долг перед Богом и, отбросив предрассудки, посвятили себя служению Господу, – так говорят евангелисты, воспитанные на Ветхом Завете. Пророчества сбываются, и сегодня более чем когда-либо евреи нуждаются в помощи христиан. Христианский мир должен не только молиться за Израиль, но и стать преградой на пути его врагов. Этим он выполнит свой долг и искупит свою вину.

"Не умолкну ради Сиона, и ради Иерусалима не успокоюсь, доколе не взойдет, как свет, правда его", – цитируют евангелисты древнее пророчество. И когда покой и благодать снизойдут на Святую Землю, благословение получат и те, кто трудился во имя евреев: "Я благословлю тех, кто благосклонен к моему народу". Враги же евреев уйдут во тьму и исчезнут в бездне истории.

"Христианство пришло к нам от евреев, и первая церковь была еврейской, и корни наши – в еврейской религии. Как мы можем отворачиваться от евреев? – вопрошает Шарон. – Мы поддерживаем Израиль, и наша поддержка не оговаривается никакими условиями".

Но, не скрывает своей обеспокоенности чета Сандерс, будущее Израиля под угрозой. "Сейчас самый опасный период для вашей страны с 1967 года, – говорит Рой. – Вы пренебрегаете библейским наследием, отдаете земли, которые получили из рук Творца. Ведь без него были бы невозможны ваши победы. Без его вмешательства вы были бы давно изгнаны отсюда. Только соблюдая его заповеди, вы получите и покой, и благословение, и процветание. А отказываясь подчиняться его воле, вы обречете себя на испытания, гонения и страдания, как уже не раз бывало в прошлом. Мы видим, как Бог хочет собрать евреев здесь, но они отказываются приезжать, пренебрегая своим предназначением и выбирая другие страны".

"Почему евреи так упорно пытаются обмануть себя?! – прерывает мужа Шарон. – Что, кроме веры, может спасти Израиль в этом арабском море, стремящемся затопить его своей ненавистью? Евреи должны зубами и ногтями цепляться за эту землю. Не дай вам Бог пойти на раздел Иерусалима! Не дай Бог уйти с Голанских высот – это ваш буфер, ваш щит! Уже и так отдано слишком много! Не идите на новые компромиссы!"

Сима Скуркович разделяет обеспокоенность своих друзей-христиан. Еще недавно, вспоминает она, израильтян переполнял патриотизм. Они были готовы к любым жертвам и испытаниям, лишь бы сохранить эту землю, которую обрели в таких муках. Сегодня все изменилось. "Это произошло за очень короткое время, за последние несколько лет. Прежде молодежь рвалась в армию, стремилась попасть в боевые части, отличиться. Теперь кумир подростков – Авив Гефен, женоподобное существо, сумевшее уклониться от армии".

Не в силах сдерживаться, Сима дает волю своему гневу. "Я потрясена тем, что происходит! Недавно Гефен был в Германии, и знаешь, что он заявил в интервью немецкому телевидению?! "У вас был свой Гитлер, а у нас – свой Игаль Амир". Какое кощунство, какой цинизм! Как можно сказать такое да еще – немцам! И этим человеком восхищается наша молодежь?! Я не могла уснуть после этого! Такое не укладывается в голове! Если бы хотя бы половина израильтян была так же верна нашей стране и еврейским ценностям, как эти люди, – она кивает в сторону Роя и Шарон Сандерс, – мы не волновались бы за завтрашний день!"

Рой не пытается переубедить Симу. "Возможно, настало время, когда мы, христиане, должны напомнить вам, евреям, о вашей вере и вашем долге перед Творцом. Это – наша миссия. Мы будем молиться за вас, будем просить за вас Творца, мы поможем вам... Но все это будет бессмысленно, если вы сами не захотите помочь себе", – задумчиво говорит он.

Александр Майстровой, «Новости Недели», Иерусалим